Зачем мы едем в джунгли

Туризм - Летние походы. Отчеты

сидячий образ жизни... независимо от родства и систематического положения приводит к формированию сходных черт строения – тело приобретает более или менее лучистую (радиальную) симметрию... вокруг рта развивается венчик щупалец, питание приобретает пассивный характер... иногда анальное отверстие смещается на верхнюю сторону... часто развивается способность к бесполому размножению

Когда-то, во времена моего детства, было принято много читать, и книги были главным источником желанных мифов. Кто из нас не мечтал побывать в тех странах, о которых прочел у Майн Рида, Джека Лондона, Киплинга, Жюль Верна и Конан Дойля? Погрузиться в «джунгли», «галерейные леса», «дебри Борнео» и прочие символы иной жизни, которые, по общему тайному убеждению, и существовали-то только на бумаге... Но, как известно, детские впечатления навсегда остаются самыми свежими, а детские мечты - самыми желанными. Рискну утверждать - каждый или почти каждый взрослый человек хочет поехать в джунгли. Разве не так?

Времена менялись. Сказки стремительно превращались в быль. Эта серия метаморфоз началась, конечно, с появления вполне сказочного понятия свободы на рубеже 80-х и 90-х годов, о чем мы частенько забываем. Еще недавно в тропические страны можно было поехать только по делам службы и вдруг – не прошло и 10 лет - как Анталия и Хургада стали, наконец-то, более привычны российскому уху, чем Колыма и Воркута.

Однако, «джунгли» все же продолжали оставаться миражом. 90-е годы были непростыми - нужно было особенно много работать, учиться абсолютно новым вещам, строить бизнес и даже уворачиваться от бандитов. Какие уж там джунгли... Все меньше в нас оставалось от Тарзана - мы, увы, не молодели. Но зато, потихоньку расставаясь с мифами сказочной страны, наше поколение с возрастом приобрело массу других, вполне реальных вещей. К ним, наряду с одышкой и лысиной, следует отнести также деньги, которые, увы, зачастую остаются единственным мерилом нашей не очень-то романтичной свободы. Но именно благодаря этой свободе мы можем, наконец, сказать: «Ну все. Баста. Еду в джунгли».

Хорошо, но как туда попасть, чтобы все увидеть и при этом остаться живым и здоровым? Как вообще там передвигаться, общаться, что есть и пить? Наконец, совершенно непонятно, а что, собственно, смотреть в этих самых джунглях? Может, все же просто поехать в Паттайю?

Можно. Но джунгли опять останутся только в книжке. Речь, конечно, не идет о той части туристов, которые имеют достаточный опыт общения с населением стран 3-го мира и навыки жизни в тропическом лесу. Но часто даже такие люди предпочитают ездить в тропики в компании со знающим человеком. Это резонно не только потому, что «с географом» в джунглях больше увидишь и узнаешь, и не потому, что в компании веселее, но и из чисто экономических соображений – мы возим недорого. Соответственно, наша задача может быть сформулирована следующим образом: прорубить для широкой массы трудящихся окно в джунгли (звучит, правда, несколько неэкологично).

Для этого в Москве и была создана небольшая турфирма с романтическим названием «Тайный Меридиан» (http://www.exotravel.ru/)- тоже, кстати, результат избыточного чтения, поскольку так звучит русский перевод романа А. Реверте, смесь из моря, географии, поиска сокровищ и прочей дивной чепухи.

Так получилось, что с самого начала мы ориентировались на природный туризм. Возможно, поэтому в штате «Тайного Меридиана» работают только географы и биологи с хорошим специальным образованием. Для каждого из нас путешествия – это вся наша жизнь. У каждого за плечами многолетний опыт экспедиционной работы. Но важнее другое – несколько лет наша фирма, наряду с организацией тропических туров-экспедиций, занималась логистикой для VIP-туристов и просто турагентской деятельностью, что позволило накопить хороший рыночный опыт, повариться в котелке туристского бизнеса и досконально изучить запросы клиентов.

Нашей первой программе «Джунгли Таиланда и Малайзии» - уже около 10 лет. Она родилась задолго до «Тайного меридиана», а прародителем является наш друг, тропический зоолог и путешественник Александр Алякринский (http://www.equator.ru/), который в поисках редких моллюсков ездит по тропикам мира и берет с собой иногда туристов, подкармливая свою красивую, но недофинансированную науку. Именно Александр помог нам освоить те принципы организации сложных тропических путешествий, которые были заложены в основу программ Тайного Меридиана. Должен отметить, что с тех пор ни у кого из нас последователей (если говорить о тропиках) так и не появилось - дело этот муторное, ответственное, не слишком доходное, требует специальных знаний, экпедиционного опыта и тд.

Почему чаще всего мы ездим в джунгли именно Юго-Восточной Азии? Ведь крупные массивы влажных экваториальных лесов находятся также в Амазонии, а также в бассейне Конго и в Новой Гвинее. Но Конго, как верно отметил Константин Генш, относится к странам категории no go , во всяком случае, Заир. Поэтому в Африке мы пока ограничиваемся безопасной Танзанией и Малави, однако, это не джунгли, а буш. Попасть туда сложнее, чем в Азию (особенно в Малави) - все значительно дороже. Программы по Южной Америке и Новой Гвинее близки по ценам к африканским, поскольку львиную долю здесь съедает перелет - но мы постарались сделать сделать их максимально экономичными, отвечающими нашему главному принципу доступности туров для всех слоев среднего класса (очень бедные и очень богатые с нами не ездят, по понятным причинам).

Кроме рыночных, существуют и естественнонаучные причины выбора именно индо-малайской области для наших базовых программ, ориентированных главным образом на изучение джунглей. Коснемся этих причин кратко, чтобы не надоесть преждевременно.

Термин «джунгли». Именно экваториальные леса Юго-Восточной Азии были названы Р. Киплингом джунглями; с тех пор под этим названием фигурируют любые тропические леса, но чаще всего – непроходимые, и, как правило, - вторичные леса экваториального и субэкваториального поясов.

Многие спрашивают – а в чем вообще специфика джунглей? Зачем столько внимания? Это ведь обычный лес и не более. У нас огромные таежные территории, чем же хуже наши леса?

Конечно, каждый регион по-своему интересен, и наша тайга – прекрасный объект для путешествий и наблюдений. Однако от наших юных послеледниковых ландшафтов леса Юго-Восточной Азии отличаются принципиально. Например, здесь не было оледенений. Вот уже около 130 млн. лет среднемесячные температуры здесь не опускаются ниже 25°С, почти ежедневно проливается теплый дождь. Эти, в полном смысле слова, тепличные условия обусловили специфику эволюции дождевых экваториальных лесов, которые стали центром происхождения и биоразнообразия для многих растений, животных и сообществ. Эта «кузница видов» - настоящее царство специалистов, которые совершенствуются для выживания в условиях конкуренции, а не для борьбы с тяжелыми условиями внешней среды (как это происходит, например, в нашем суровом климате). В течение миллионов лет специалисты выталкивали отсюда архаичные и менее конкурентоспособные формы. Интересно, кстати, что у нас привычным стало противоположное, по-сути, явление - массовой миграции самих специалистов, которые со счастливым курлыканьем улетают в края с тепличными условиями, преимущественно определяемые Гольфстримом...

Часто можно услышать, что постоянновлажные экваториальные леса Юго-Восточной Азии - самые древние в мире. Действительно, суша на территории современного Малайского архипелага сформировалась уже в нижнем мелу, то есть еще в те времена, когда Индостан, например, был островом в океане Тетис, а по джунглям бродили тираннозавры и летали птеродактили. Хочу подчеркнуть, однако, что выражение «самые древние» не следует понимать буквально - просто лес здесь растет очень давно (а вот встреченное на каком-то сайте выражение «парк юрского периода» для этих лесов уже некорректно, поскольку в юрском периоде на юго-востоке Лавразии росли все же совершенно другие растения, например, не было покрытосеменных).

Работа «кузницы видов» и разнообразие ландшафтов, а, следовательно, и убежищ для тех, кто вытеснялся специалистами, дало современную картину сосуществования самых разнообразных форм, в том числе давно исчезнувших в других частях Земли. В этом «затерянном мире» можно встретить сохранившиеся с пермского периода саговники и древовидные папоротники (в горах); первые на Земле цветы распустились тоже здесь, и наиболее примитивные цветковые растения мы встречаем здесь до сих пор; в здешних джунглях родились и самые изощренные приспособления (например, у орхидных или непентосов).

В чем еще отличия? В условиях экваториального климата, то есть избыточного увлажнения и высоких температур, выветривание горных пород идет гораздо более интенсивно и глубоко; все это приводит к дефициту элементов питания в почве. Жесткая конкуренция в условиях большой биомассы идет также за свет. Соответственно, создается и облик леса. Такой лес имеет очень богатый видовой состав, внизу он переплетен корнями, а высота деревьев верхнего яруса достигает 50 и более (до 80) м; в нем много лиан, растений-эпифитов. Удивляет множество приспособлений к накоплению гумуса – от форм цветочного горшка, до разнообразных домиков для муравьев, живущих внутри плодов с твердой оболочкой или в самом теле растения, и оставляющих в своем домике дефицитный гумус.

С познавательной точки зрения, главная цель наших программ в Юго-Восточной Азии – погрузиться в царство растений, познакомиться с влажным экваториальным лесом, манграми и горными джунглями, ощутить себя профессором Челленджером в «Затерянном мире». Но все же назвать наши путешествия «ботаническими» было бы неверно и даже обидно, учитывая снисходительный смысл этого милого детского штампа. Стремительность и насыщенность маршрута просто не позволяют применить данный термин. Мы проезжаем сотни километров, общаемся с десятками людей, пробуем местную кухню, вдыхаем колорит местной жизни и буквально купаемся в экзотике. Разнообразие ощущений и полученной информации здесь соответствует обширной географии путешествий. Две специальные программы посвящены возникновению великих азиатских цивилизаций Таиланда, Камбоджи и Лаоса, отдельный тур – знаменитым островам Сингапуру и Борнео.