Как я ездил в однодневный поход с ночевкой с Экскурсион-караваном

Туризм - Велопоходы

Однажды рано утром (то есть еще до 12) у меня все началось хорошо: в воскресенье не на шутку распогодилось и сравнительно небольшая компания разномастных любителей достопримечательностей и велосипедов выдвинулась из Можайска в сторону Вереи.

Ядро - овеянные дорогами и легендами караващики-шоссейники, плюс еще несколько человек на байках и на отечественных велосипедах. Экскурсовод Андрей-Пионер с удовольствием приоткрывал страницы истории, указывая на слизанные временем укрепления (с.Борисово между Можайском и Вереей, некогда городок Царев-Борисов), или многочисленные разностильные церкви в Верее.

Впечатления портили неадекватные граждане на авто: то отмороженный маньяк на ауди, пытавшийся нарваться на большие перцово-огнестрельные неприятности, то долбанутая барышня на жигулях, подрезавшая нас на конкретном подъеме так, что выход был один - падать на обочину. Шоссейка до Вереи - очень симпатична, увалиста и накатиста. Мы с моим спутником Ры на алюминиевых джайнтах держали золотую середину между рвущимися в точку шоссейниками и аръергардом неофитов и седоков продуктов отечественного велостроя. На одном из крутых спусков с поворотом почти на 90 грудусов в нижней точке Ры продемонстрировала очень грамотное пилотирование, развив около 60 км и сделав накатом всех.

Верея - симпатичный город с букетом церквей, рынком, торговыми рядами, очаровательнм памятником генералу Дорохову с обломанными почитателями шашкой и ножнами. Далее - очень интересная церковь в 15 км к ЮВ от Вереи в с.Спасс-Косицы. Церковь 1761 года предвестник классицизма, натурально, разгромленная с остатками надгробных камней хозяина имения А.И.Шувалова и его семьи и деревцами на расседающихся боках необычной кургузой колокольни. Очень странное ощущение возникает, когда читаешь неприметную металлическую табличку на западной стене церкви: Здесь, 17 января 1942 года автоматчиками сержанта Бичука 6-ой дивизии Народного ополчения Дзержинского района г. Москвы были спасены от гибели 700 советских граждан .

А потом мы приехали на берег Протвы и расположились на довольно крутом сосновом склоне у костра. Подпиленная сухая сосна со страшным свистом сыграла вниз, рассыпавшись на дрова. Склон был покрыт земляничными листьями и (!) колосящейся дикой ежевикой. Не видел я никогда ее столько в подмосковье. Синие вкусные ягоды. На склонах - выходы серых каменноугольных известняков, из-под них бьют родники.

Ну, а после обеда мы поехали по суровому грейдеру не в ту степь, и тут пошла серия проколов у шоссейников. К моменту выезда на траверс Боровска стало темнеть, а проколы продолжались - особенно повезло Илье - 3 прокола к ряду: пробои, вырванный сосок камеры и т.д.

Короче, на электричку успела только передовая группа шоссейников и Ры, увлеченная энергетикой этого авангарда. Основная группа даже с подскоком на автобусе от Боровска до Балабанова опаздала на 2 минуты, а мы с экскурсоводом и жертвой проколов Ильей солидно подскочили через полчаса.

А из Москвы по мобильному сказали, что там все равно горит останкинская вышка. Далее было принято грамотное решение двигать в ближайший лес. Добрые менты на Киевском шоссе подсказали где родник и мы в полной темноте въехали под своды дерев, под руководством Маршала завалили сухую осину и скоротали несколько часов перед первой электричкой (4.20) у дивного жаркого костра под яркими звездами, с чаем, алкоголем-кому-холодно и всякой едой под беспрерывные анекдоты и истории из жизни Каравана.

Лежал я, потягивая чай и жмурясь на пламя, и думал: ни фига себе съездил я в однодневные покатушки...